Анализ существующего дизайна

1. Границы и цель аудита

Сначала фиксируют, что проверяют. Бренд. Экранный клиент. Печать. Крупная форма. Лента. Пространство лагеря. Вся экосистема. Пока граница не названа, в выборку попадает случайный красивый кадр, и проверка обрывается на нём.

В границы кладут носители, продукты, команды и ключевые сценарии: записаться в смену, получить сертификат, прочитать пост, найти корпус, ответить боту. Рядом — критерии успеха: узнаваемость, полнота органов, доступность, переносимость, скорость сборки, качество описания, устойчивость к смене темы и сезона.

Хороший аудит отвечает не «красиво ли». Он отвечает: где система действует, что обязана обеспечивать, какие отклонения критичны, какие — свойство носителя.

2. Карта носителей и проявлений

Собирают полный перечень мест, где язык уже проявляется. Для каждого носителя пишут ограничения: размер, дистанция чтения, способ производства, цвет, свет, интерактивность, срок жизни кадра.

Универсальность проверяют сопоставлением, не лозунгом. Один принцип — несколько реализаций. Если на сайте характер есть, а на баннере и в ленте его нет, система действует узко, даже когда гайд широкий.

3. Фундаментальные атомы

Снимают базовый слой: цвет, шрифт, сетка, интервал, размер, форма, радиус, край, тень, знак, пиктограмма, движение, звук, материал, фактура. У каждого атома ищут имя, роль, диапазон и правило применения.

Отличают живой атом от декоративного каталога. Если в описании десять ступеней шага, а на носителях гуляют ещё десятки случайных величин, система не атомарна. Она описывает часть дизайна и не ведёт остальное.

Кандидат в токен — то, что уже повторилось на двух носителях под одной ролью. Разовое «чтобы влезло» в словарь не заносят. Его помечают как долг.

4. Целостность токенов и правил

Проверяют, складываются ли значения в иерархию. Связан ли цвет роли с поверхностью, текстом и акцентом. Связан ли кегль с интерлиньяжем. Согласован ли шаг экрана с модулем листа и с шагом на площадке — хотя бы именем роли, если единица разная.

Отдельно ищут значения, которые обходят язык. На экране это локальные величины внутри блока, свой цвет, свой радиус, свой слой оформления. На аналоге — произвольный размер, краска «с глаз», материал и способ нанесения, которых нет в спецификации.

Качественная система позволяет проследить происхождение решения: от роли к значению, от значения к носителю. Если происхождение обрывается, мутация дальше вручную.

5. Инвентаризация органов

Органы раскладывают по задаче, сложности, носителю, частоте и зрелости. Ищут дубликаты, почти одинаковые варианты, локальные копии, устаревшие сборки и вещи, которые есть в макете, но нет в коде, в шаблоне или в производственной спецификации.

На карточку органа достаточно восьми полей: назначение; кто отвечает; на каких носителях живёт; варианты и состояния; от каких ролей зависит; когда меняли в последний раз; статус — живой, опыт, устарел, запрещён; эталон, если он есть.

Эталоны ЮАИ уже лежат в разных местах: шаблоны лендингов, редактор форм, макет сертификата и баннера, генератор визитки, соляризатор. Аудит сверяет, решает ли похожая задача одним органом — или каждая команда собирает своего двойника.

6. Состояния и мутации

У интерактивного органа собирают матрицу состояний: обычное, наведение, нажатие, фокус, отключение, загрузка, ошибка, пусто, выбор, переполнение, узкий экран.

В трансмедиа к матрице добавляют оси носителя: экран и печать, малый и крупный, статичный и движущийся, плоский и материальный, цветной и монохромный. Вопрос один: может ли элемент пройти по предусмотренным осям и остаться узнаваемым и рабочим?

Если мутации показаны только картинками, следующий исполнитель будет решать вкусом. Если заданы диапазон и запрет, преобразование контролируемо. Свойство носителя — не поломка: бумага не обязана повторять hover, сцена не обязана повторять двенадцать колонок.

7. Макет, реализация, производство

Сверяют три слоя одного органа. Что нарисовано. Что собрано в клиенте, в теме, в файле системы. Что вышло в тираж: лист, баннер, табличка, кадр в ленте.

Ищут расхождение в размере, цвете, шрифте, состоянии, контрасте, движении, материале, сборке. Отдельный вопрос: сдвинется ли вся цепочка, если изменить атом в корне, или правку придётся нести руками по каждому носителю.

Печать часто дисциплинированнее случайного блока в редакторе: знак на месте, поля в ритме, нет второго акцента. Тогда экран подтягивают к этой строгости. Лента ломается иначе: кабинет не знает ролей ЮАИ, туда едет готовый кадр. Анализ спрашивает, говорит ли кадр тем же языком, что карточка смены, или это картинка к сезону.

8. Доступность и реальные условия

Систему не оценивают только в идеальном макете. На экране проверяют контраст, читаемость, размер зоны нажатия, видимость фокуса, клавиатуру, живые подписи полей, порядок чтения, текст ошибки, поведение при увеличении, жизнь без скрипта: смысл на месте, ссылки открываются, форма уходит.

Эти свойства должны сидеть в органе. Если их доклеивают после публикации, аудит фиксирует дыру в языке, не «забыли a11y».

На аналоге другие условия той же проверки: дистанция, свет, различимость цвета, тактильность, безопасность материала, понятность навигации по территории. Баннер с десяти метров и справка в руках родителя — разные дистанции одного языка.

9. Документация и способность найти

Аудит спрашивает, найдёт ли новый человек нужный орган и применит ли его правильно без устного посвящения. У значимого органа должны быть назначение, ограничения, анатомия, варианты, состояния, примеры верного и ложного хода, способ сборки и правило адаптации под носитель.

Сверяют актуальность текста, одни и те же слова на полках, связь макета с кодом и с печатным эталоном, память об изменениях. Если верный способ знают трое, библиотека может быть аккуратной — система всё равно неустойчива.

10. Управление и способность жить дальше

Последний контур: не распадётся ли язык на следующий день после отчёта. Кто принимает решение. Как предлагают изменение. Как разбирают исключение. Кто отвечает за орган. Как выпускают версию. Как объявляют устаревание. Как команды переходят.

Смотрят фактическое принятие, не декларацию. Какими органами пользуются. Где плодят локальные копии. Почему обходят эталон. Какого пробела не хватило, чтобы собрать из словаря.

Результат аудита — не таблица стыда. Это очередь: исправить сейчас, слить дубли, вынуть, описать, оставить как допустимое исключение носителя. Без этого контура починки не держатся.

Как смотрят один носитель

Не «нравится / не нравится». Пять вопросов.

1. Какие атомы уже общие? Тот же знак, та же роль акцента, тот же шаг. Кандидаты в словарь.
2. Где язык ломается? Другой акцент, другой знак, другой голос. Долг системы.
3. Жива ли автоматика? Слушается ли тема. Печатается ли без второй вёрстки. Жив ли смысл без скрипта. Уходит ли форма обычной отправкой. Если нет — чинят сборку, не доклеивают свойства вручную.
4. Что умеет только этот носитель? Формат листа, дистанция сцены, короткость ленты. Это орган, не баг. Сеткой сайта его не насилуют.
5. Кто это собрал? Эталон, редактор по правилам, обход «к заезду». Источник отклонения почти всегда виден.

Карточка находки

Каждый тезис аудита записывают в четыре поля: критерий; доказательство — макет, код, спецификация или живой носитель; отклонение; действие.

Шкала зрелости

Раздел аудита ставят на шкалу от 0 до 4. Так сравнивают полки между собой и видят, где язык есть, а где только витрина.

Итог — три зоны

Уже атом. Общее, с прослеживаемым происхождением, слушается правил языка на своих носителях.

Маскарад. Похоже на ЮАИ, но другая кожа: роль сбита, значение не из словаря, орган‑двойник.

Не описан. Носитель в биосфере есть, в словаре органов его нет. Это не «можно не трогать». Это дыра карты.

Без этой карты следующая глава выдумывает язык поверх случайного. С картой видно, какой орган кодифицировать первым и какой красивый кусок просто вынуть.